Фото озера Имандра с вершины горы и перевал Северный Чорргор

Подъём на вершину

Подъём возник перед нами сразу и довольно крутой, так что приходилось идти серпантином и обходить высокие камни. Но незадолго до того, как лес остался внизу, поверхность существенно выровнялась.
2
Озеро Большая Имандра

Выступ справа – гора Имандра.
3
Озеро

Расщелина между горами – ущелье Аку-Аку. Даже не верится, что ещё вчера мы шли там.
4
Горный пейзаж

Сухая коряга.
5
Сухая коряга

Ложбинка посередине и есть перевал Северный Чорргор, до которого предстоит дойти, который нужно преодолеть, за которым отдых и завершение сегодняшнего дня.
А маленькая белая точка под ложбинкой – это снежник, где будет у нас очередной пятиминутный привал.
6
Север

7
Озеро Имандра в хорошую погоду

Крупные камни сменились мелкой осыпью, местами поросшей мхом. Двигаться стало легко. Идёшь и созерцаешь это вечное царство ветров, камней и мха.
Что можно сказать, глядя на такие виды. Наверное, самое уместное – помолчать и просто посмотреть. Невозможно выразить всех чувств, переполняющих в тот момент душу. Невозможно представить весь хоровод мыслей, круживший тогда в голове.
8
Горная тундра

9
Хибины летом

10
Вид на Ловозёрские тундры

11
Озеро с высоты

На фотографии озеро Большая Имандра с вершины горы Маннепахк.
12
Вершина горы

Вершина осталась позади. Теперь нам предстоял спуск метров на сто, а затем длинный и затяжной подъём по каменной осыпи, которую ещё называют курумником. Уже отсюда было видно это нагромождения, и становилось ясно, что движение наше теперь будет не таким стремительным.
Идти было жарко даже в одной футболке, несмотря на свежий ветерок. Солнце изрядно припекало и здесь на верхах. Единственная взятая с собой бутылка воды закончилась ещё на вершине горы, но не прошло и часа, как снова захотелось пить. Поначалу, я даже не придал этому никакого значения, но время шло и желание становилось всё настойчивее.

13
Лесная даль

14
Под облаками

Ветер трепал волосы и шелестел застёжками рюкзака, солнце то и дело уходило за облака. Тем не менее, прохладней не становилось, от камней веяло теплом. Наше продвижение и впрямь замедлилось. Камни эти плотной грудой лежали на всём протяжении склона и под разными углами торчали один над другим. Причём некоторые из них были подвижны, так что приходилось внимательно выбирать путь, чтобы не соскочить или не поехать.
Шло время, но как будто ничего не менялось. Вот обошёл большой валун высотой с полтора человеческих роста, спустя какое-то время обернулся, а он уже превратился в точку, еле заметную на фоне других камней. Повернулся обратно, а впереди ещё один такой же, как тот первый. Мысль о воде стала посещать всё чаще. Но воды нигде не было, да и быть её на хребте не должно и вовсе. Чтоб скорей напиться, оставалось только одно, быстрей идти.

«Неужели мы не знали, куда шли?» – говорило неожиданно поумневшее сознание.
«Знали, но нам всё равно не во что было набирать воду» – вяло пытался оправдываться внутренний голос.
«Значит, надо было поискать тару или спросить у других».
«Тратить время на поиски какой-то бутылки, чтобы завтра её выкинуть?!»
Сердце учащённо стучало не в силах заглушить разгорающийся внутренний спор.

Где-то за спиной вдалеке от горизонта до горизонта тянулась полоска озера Имандра. Сколько же воды, ежеминутно приходилось созерцать. Но только никак не достать. В этой ситуации только и приходилось на неё жадно смотреть.
15
Свет солнца сквозь тучи

Уже давно наступила вторая половина дня, но обед из-за отсутствия воды всё откладывался. Никогда раньше мне так не хотелось пить, как сейчас. Вот уж не думал, что жажда может отбирать так много сил, а наше сознание кроме, как о воде не хотело и думать. Изменились и наши разговоры, прежде совершенно обычные, но теперь с оттенком единственной на данный момент потребности.
Историю о героических защитниках крепости Баязет я слышал раньше. Во время Русско-турецкой войны 1877 года гарнизон на месяц остался без воды. Прозвучала история о несчастном моряке, высаженным своей командой на необитаемый остров и, в последствии, погибшем от жажды. Рассказы немного отвлекали, и время шло быстро и незаметно.

    - Это случилось во время Великой Отечественной Войны. – говорила Лена. – В начале мая 42-ого наши отступали из Крыма, да так стремительно, что все не успевали переправиться через Керченский пролив. И вот остатки армии Крымского фронта, прикрывая отступление главных сил, оказались в окружении недалеко от Керчи в районе Аджимушкайских каменоломен. Они спустились под землю и заняли оборону у всех выходов. Вместе с бойцами находилось очень много мирного населения, не желавший снова оказаться в оккупации. Их всех было 10 тысяч человек, может и больше.

Стало тихо, и голос далеко разносился над камнями. Будто тоже слушая, притих ветер. Как метроном, раздавался равномерный хруст камней и мха от наших шагов.

    - Запасы продовольствия и воды закончились очень быстро, а немцы устроили там настоящую блокаду. Они быстро вычислили выходы на поверхность и напротив всех колодцев установили пулемёты. Чтобы набрать воды, нашим солдатам приходилось вступать в бой. Наверное, это было жутко печально осознавать, что, идя на поверхность всего-навсего за водой, возвратятся уже не все, и что одно ведро воды было равно одному, а то и нескольким вёдрам крови.
    Чаще всего ходили к двум колодцам. Они назывались «Сладкий» и «Солёный». Один с питьевой водой, а другой с водой для технических нужд. Но в них немцы быстро испортили воду, сделав её непригодной.

Я, затаив дыхание, слушал печальную историю. Почему же раньше никогда не приходилось слышать о защитниках Аджимушкайских каменоломен в таких подробностях? Сейчас мне почему-то казалось, что про этот эпизод войны как-то несправедливо забыли. В тени других больших сражений эта маленькая история и вправду так незаметна. А ведь это сковывало немецкое наступление на Кавказ, отвлекая на себя немало сил.
— А что было дальше?

    - Враги несколько раз пытались штурмовать каменоломни, но при этом натыкались на отчаянное сопротивление. После они решили замуровать оставшихся под землёй, взрывая переходы и заваливая выходы…

Подъём усилился, впереди стоящие камни закрывали обзор так, что было не видно, много ли ещё до вершины. Глядя на облака, теперь можно было понять, на сколько высоко мы поднялись. Они висели, чуть ли не у нас над головами, казалось, протяни руку и достанешь. Однако, отвлекаясь на погоду, я почувствовал, как перестаю слышать слова …

    - Немцы делали подкопы и забрасывали подземелье гранатами, травили газом. Это чуть ли не единственный случай за всю войну, когда в боях был применен хлор. Это продолжалось полгода. Только в конце октября враг всё-таки прошёл под землю, где в живых осталось всего 48 раненых и обессиливших человек.

— А удалось ли кому-нибудь выжить потом?

    - Нет. Об этой истории вообще долгое время ничего не знали, а их всех ещё с мая 42-ого считали пропавшими без вести. Теперь на том месте мемориал и музей.

Некоторое время мы шли молча, не говоря ни слова. А я всё не переставал думать, насколько же всё-таки близки такие понятия, как героизм и гибель, подвиг и трагедия, между ними как будто бы всего один шаг, а иногда это и вовсе одно целое.

16
Пологая вершина

Поверхность начала выравниваться, и мы вышли на широкую платообразную вершину горы Путеличорр. Седьмой час вечера, почти весь день позади. В ложбинке на склоне напротив нас белел, поблескивая на солнце снежник. Неужели теперь нам удастся напиться?
Организовали привал, и через некоторое время, целый канн с водой стоял около нас. Мы пили эту воду стаканами, не обращая внимания, что она ледяная. Напившись вдоволь, можно было и поесть.

Это была наивысшая точка на всём протяжении нашего маршрута. Отсюда была видна большая часть долины реки Кунийок и окружающие её горные хребты, озеро Щучье и рядом, чуть побольше, озеро Гольцовое. А за ними Хибины уже заканчивались и начинались Ловозёрские тундры.
17
Горный массив

18
Ловозёрские тундры

Прямо под ногами — база МЧС «Куэльпорр» и дорога в Кировск.
19
Вид на долину реки

А это уже одно из озёр недалеко от Кировска, с трудом верилось, что отсюда его видно, но других вариантов нет, да и по карте до самого города напрямую было не так уж и далеко.
20
Курумник

Но что забавно, перед нами, как на ладони лежал весь наш путь на два, а то и три дня вперёд. Ну а пока что предстояло спуститься.
21
Озеро Гольцовое

Здесь, на высоте, глядя на открывающиеся панорамы, а так же за разговорами, я не сразу замелил всё усиливающуюся боль в левой ступне в районе щиколотки. Поначалу я даже не придал этому никакого значения: ну бывает, столько за день прошли. Но со временем всё только ухудшалось, внешний борт ботинка давил в выступающую кость, и самое обидное было то, что с не пойми, откуда взявшейся проблемой ничего нельзя было поделать. Казалось бы, спуститься и всё, день уже закончен, но такому ощущению вопреки, всё самое «интересное» для меня только начиналось.

От вершины горы Путеличорр до перевала Северный Чорргор шёл небольшой уклон. Затем, по достаточно крутому склону мы спустились в сам перевал. Обычно на перевалы поднимаются, но так как мы всё это время шли по хребту, то на перевал мы спустились. Представлял он из себя достаточно узкую седловину, сплошь усыпанную крупной каменной осыпью, по которой можно было передвигаться, только прыгая с камня на камень. А подъём до самой верхней точки перевала (1010 метров) чередовался с небольшими спусками, низины которых были заполнены не растаявшим спрессованным снегом.
22
Западный склон перевала

Нагревшиеся за день камни теперь отдавали тепло, а клонившееся к западу солнце, всё ещё пекло, так, что, стоя на снегу можно было загорать. Но стоило перевалить через наивысшую точку на восточный склон, как тут же стало холодно. Не было солнца, зато дул сильный ветер. Снег на этой стороне не таял, а представлял собой смёрзшийся на морозе наст, по которому можно было только скользить.
23
Перевал Северный Чорргор

24
Каменный выступ

За это время и, в частности за сегодняшний день глаз успел привыкнуть к горным пейзажам и панорамам, но здесь было что-то особенное. До этого момента мы могли только издали и снизу смотреть на, поблескивающий на солнце, снег вершин и перевалов, но теперь было всё наоборот, мы стояли на снегу и смотрели сверху вниз на долину, освещённую заходящим солнцем.
25
Ледник на перевале

26
Вечер в горах

Насмотревшись вдоволь, мы начали спускаться. Но тут нас ждал небольшой сюрприз. Снежник на спуске занимал всю седловину перевала от одной «стенки» до другой, так, что его никак нельзя было обойти. Приходилось идти прямо по нему, прижимаясь к одному краю, чтобы не упасть.
Вся опасность была в том, что, упав на льду, сразу начинаешь скользить вниз по склону, не имея ни какой возможности остановиться, а, разогнавшись можно было вылететь на камни и сильно удариться.

Садившегося солнца из-за хребта видно не было, зато можно было идти и наблюдать, как тень всё больше наползает на противоположные склоны гор.
27
Спуск с перевала

28
Отдых

А между тем, боль в левой щиколотке забирала немало сил и изрядно меня вымотала. Приходилось сильнее опираться на альпеншток, чтобы хоть как-то разгрузить ступню. Ни сколько не отвлекали и разговоры. Я шёл, стиснув зубы, и замечал, что начинаю злиться. Даже не знаю, как выразить появившееся тогда чувство, но было обидно — силы ещё есть, а идти трудно.
29
Ледник

С высоты видно всё, и расстояние сильно скрадывается. Кажется, что идти всего ничего и осталось не много. Почему-то на всём протяжении спуска у меня создавалось ощущение, что до конца осталось совсем чуть-чуть, но время идёт и это «чуть-чуть» растягивается всё больше. Вот видишь с высоты небольшой холмик, но по мере приближения, он вырастает в большую возвышенность. Со временем мне начинала казаться даже немного интересной эта проверка меня на прочность.
30
Закат в горах

31
Пройденное расстояние

32
Сумерки в горах

Мне так и не удалось запомнить, сколько по времени был спуск, но не удивительно, что по ощущениям для меня он казался чрезвычайно долгим.
Но вот поверхность выровнилась и бесконечный казалось спуск, окончательно прекратился.

Всё. Наисложнейший для меня день был позади. В целом, несмотря на усталость, сегодняшним днём я остался доволен и даже приятно удивлён, ожидая, что предел моих моральных и физических сил намного меньше, и если бы не проблемы с обувью, всё было бы замечательно.

Поздний вечер. Хоть белые ночи в этих краях уже и заканчивались, но до полной темноты было ещё далеко. Солнце опускалось за горизонт чуть ли не в полночь, чтобы уже через каких-то два часа вынырнуть восточнее, тем самым, дав начало новому дню. В это время, конечно, светло не как днём, но света достаточно, чтобы видеть всё вокруг или даже читать, если у кого и было такое желание.
Смена дня и ночи дисциплинирует, а здесь, наоборот, не нужно торопиться прийти до темноты, всё равно всегда светло. В итоге, наХибинившись за этот день вдоволь, спать мы легли в 2 часа ночи, дав себе твёрдое обещание завтра, а точнее уже сегодня, лечь спать пораньше.

Утро следующего дня. Река Кунийок.
33
Река в Хибинах

Из-за скопившегося интересным образом снега и каменного столба, похожего на поднятый вверх указательный палец, очертания этого перевала, запоминаются сразу, стоит только один раз увидеть, после чего уже не спутаешь ни с чем.
34
Вид на Сев Чорргор из долины

Смотрите также про это путешествие:

Пеший поход в Хибины
Озеро Имандра с вершины горы и перевал Северный Чорргор
Два перевала и горное озеро в пасмурную погоду
На базе МЧС Куэльпорр в долине горной реки
Суровый северный край и непогода в Заполярье
Горные пейзажи Русского Севера
Индустриальные пейзажи и рудники Хибин
Мурманск
Панорама Мурманска
Музей Северного Флота
Кольский полуостров

Расскажите друзьям:

Если информация оказалась вам полезна или просто понравился наш сайт, вы можете выразить благодарность, поддержав проект. Ваша поддержка помогает нам стать лучше! Ведь всё это для вас!

Ещё записи из этой рубрики:


Быстро узнать о новых записях на блоге вам поможет подписка по E-mail:

Оставить комментарий:

Ваш e-mail не будет опубликован. Но он нужен для уведомления, если кто-то ответит на ваш комментарий.